 Умственные способности человекаНа протяжении столетий путешественники интересовались, восхищались или возмущались образом жизни чуждых им обществ, сопоставляя его с привычным для них образом жизни у себя на родине. Было бы опрометчиво поддаться соблазну и приписать эти различия, иногда совпадающие с поразительным внешним несходством, генетическим различиям в умственной деятельности. Огромные изменения, которые могут произойти при переносе индивидуума в раннем возрасте в иную культурную среду, предостерегают от поверхностных заключений в этом вопросе. Вместе с тем ясно, что генетические факторы могут серьезно влиять на умственное развитие; об этом свидетельствуют многочисленные примеры наследственной умственной отсталости.
Закономерности наследования умственных способностей в пределах нормальных колебаний изучали с помощью различных методов, отвечающих требованиям анализа полученного наследования. Изучение корреляций между родственниками и между одно- или двуяйцовыми близнецами, а также сопоставление однояйцовых близнецов, воспитывавшихся врозь или вместе, доказало роль генетических факторов в возникновении нормальных различий между индивидуумами. Этот вывод, однако, применим только к относительно гомогенной популяции западноевропейских стран, в которых были проведены эти исследования, и мало говорит о том, какова роль среды в возникновении различий, существующих между весьма несхожими культурами. Естественно ожидать, что гены, контролирующие функцию мозга или другие функции, связанные с умственной деятельностью, могут в различных местностях варьировать по частоте; однако можем ли мы надеяться, что нам удастся выявить эти «естественные» различия доступными нам методами?
Вера во врожденную интеллектуальную ограниченность некоторых людей имеет длинную историю. Там, где чувство приверженности какой-то идее переходило известные границы, слишком часто страдала научная объективность.
С целью избежать субъективных суждений при оценке уровня интеллекта или темперамента психологи создали многочисленные стандартные тесты. Мы не можем рассмотреть их здесь детально; одни из них предназначены для оценки памяти, общего уровня знаний и знакомства с общественной жизнью, владения речью и способности к решению задач, другие служат для оценки состоя¬ния эмоциональной сферы. В применении к людям, воспитанным так, как это принято в Западной Европе, эти тесты оказались полезным средством для определения их соответствия тем или иным профессиональным требованиям или для диагностики психических заболеваний; однако применение этих тестов для обследования популяций, живущих в совершенно иной среде, наталкивается на весьма серьезные трудности.
Применимость этих тестов ограничивается, в частности, необходимостью знать язык, на котором они составлены, но и после перевода они могут оказаться бесполезными, поскольку предусматривают знакомство со сведениями и концепциями, характерными лишь для общества определенного типа. Для того чтобы преодолеть эти затруднения, были созданы не словесные тесты, а такие, при проведении которых испытуемого просят обнаружить связь между абстрактными узорами, расположить в определенном порядке цветные кубики, Нарисовать человечка, проложить маршрут по лабиринту и т. п.; утверждали, что такие тесты позволят избежать влияния различий в культуре. Однако опыт работы с африканцами, американскими индейцами, аборигенами Австралии и т. п. заставляет серьезно усомниться в правильности подобного
утверждения. Вполне возможно, что низкие оценки оказываются следствием не умственной неполноценности, а неопытности в обращении с кубиками и другими игрушками, в интерпретации символических изображений или в различении цветов.
Вообще сомнительно, чтобы можно было создать' тест, «свободный от влияния культуры»; скорее всего такая идея сама по себе абсурдна.
Такого рода тесты могут дать более или менее полноценную информацию в случае, когда мы сравниваем различные этнические группы людей, воспитанных в идентичных условиях. В этом на-правлении большая работа была проделана по изучению американских негров. Результаты суммировали в виде так называемого коэффициента умственного развития (intelligence quotient, I. Q.). Нередко оказывалось, что у негров величина этого коэффициента равнялась 80, а у белых — 100. Однако в пределах обеих популяций вариабельность была весьма значительной, как это имеет место в отношении метрических признаков; отмечалось также значительное перекрывание соответствующих кривых распределения.
У негров величины этого коэффициента оказываются выше в тех группах, члены которых воспитывались в более благоприятных условиях; при этом они могли оказаться выше, чем у белых, находившихся в худших условиях. Некоторые авторы убеждены в реальном характере различий в среднем уровне интеллекта у белых и негров, не обусловленных факторами среды; однако другие берут под сомнение правильность их выводов. В США все еще наблюдается расовая сегрегация; поэтому сомнительно, чтобы при интерпретации noflo6Hbfx результатов можно было исходить из того, что сопоставляемые группы находятся в одинаковых условиях среды.
Проделанная предварительная работа позволяет прийти к выводу, согласно которому неевропейские народности в реально существующих условиях разнообразия культур часто считаются не приспособленными для выполнения такого рода задач, которые кажутся существенными для европейцев; это и не удивительно. Вопрос, который предстоит решить главным образом экспериментально, сводится к тому, в какой степени представители этих народностей, если они того захотят, смогут сравняться с европейским стандартом или превзойти его, получив соответствующее воспитание и моральную поддержку. |
