|
загрузка...
Развитие коры головного мозга часть 2
 Развитие коры головного мозга продолжениеИсследования Яковлева и его коллег по миелинизации показали, что мозг продолжает постепенно развиваться, по крайней мере вплоть до наступления пубертатного периода, а может быть, и дольше. Миелинизация нервных волокон представляет собой только один из признаков зрелости. Волокна могут проводить импульсы и, вероятно, иногда проводят их еще до появления миелиновой оболочки.
Данные о миелинизации хорошо согласуются с данными Конела о появлении нервных клеток в тех случаях, когда оба источника информации пересекаются. Как правило, волокна, несущие импульсы к определенным полям коры, миелинизируются одновременно с теми волокнами, которые проводят импульсы из этих полей к периферии. Таким образом, созревание проходит по дуге, затрагивая в первую очередь функциональные единицы, а не топографические участки.
Миелинизация целого ряда путей завершается примерно к трем или четырем годам. Волокна, связывающие мозжечок с корой мозга, которые необходимы для осуществления точного контроля над произвольными движениями, после рождения только начинают миелинизироваться; полное завершение этого процесса происходит лишь к четырем годам. Ретикулярная формация — часть мозга, особенно развитая у приматов и человека и связанная с функцией поддержания внимания и сознания, — продолжает миелинизироваться, по крайней мере вплоть до наступления пубертатного периода, а может быть, и несколько дольше. Сходным образом миелинизация продолжается и в частях переднего мозга, расположенных относящегося к метаболической, висцеральной и гормональной активности во время половой жизни.
В процессе всего развития мозга, начиная с ранних стадий внутриутробной жизни, становление функций тесно связано с созреванием структуры.
Волокна звуковоспринимающей системы (звукового анализатора) начинают миелинизироваться уже на 6-м мес внутриутробной жизни, но завершение этого процесса происходит постепенно, продолжаясь вплоть до 4-го года жизни ребенка. В противоположность атому, волокна световоспринимающей системы (зрительного анализатора) начинают миелинизироваться лишь после рождения ребенка, но завершение этого процесса происходит очень быстро. Яковлев считает, что во внутриутробном периоде развития звуки функционирующих материнских органов являются главными сенсорными раздражителями, если не считать антигравитационных стимулов. Очевидно, они не воспринимаются на уровне коры, но на подкорковом уровне анализатор работает. После рождения быстро начинают преобладать зрительные раздражители, так как для человека характерно развитое зрение. Вскоре кора начинает принимать эти сигналы: корковый конец зрительного анализатора миелинизируется в течение первых нескольких месяцев после рождения. Напротив, корковый конец слухового анализатора миелинизируется очень медленно, что, вероятно, связано с развитием речи.
Едва ли можно допустить, что подобная взаимосвязь между созреванием структуры и становлением функции внезапно прекращается в 6, 10 или 13 лет. Напротив, у нас есть все основания полагать, что высшие функции мозга развиваются лишь тогда, когда заканчивается созревание некоторых структур, или клеточных центров, локализованных по всей коре. Даже миллионы дендритов занимают очень небольшое пространство, и, следовательно, значительное увеличение степени взаимосвязи может проходить при общем повышении веса мозга всего на несколько процентов. Стадии умственного развития, описанные Пиаже (Piaget) и другими специалистами в области детской психологии, отличаются множеством характерных особенностей, присущих развивающимся структурам, а последовательность стадий, вероятно, зависит от постепенного созревания и организации коры (и ограничена ими).
Пока еще не ясно, в какой мере окружающая среда может влиять на созревание и организацию мозга. По мнению Кахала (Са-jal) и Хебба (Hebb), функциональная активность клетки стимулирует дальнейшее развитие ее связей, однако эта гипотеза не подтверждена экспериментальными данными.
Многие аспекты функционирования мозга, по-видимому, совершенно не подвержены изменениям условий окружающей среды, если последние колеблются в нормальных пределах. Так, например, дети, родившиеся до окончания нормального 40-недельного
срока внутриутробного периода, формируются в неврологическом отношении так же, как и дети того же возраста, развивающиеся в утробе матери. Недоношенные дети не начинают раньше ходить или стоять, несмотря на более продолжительное воздействие со стороны внешней окружающей среды. Это, конечно, не значит, что созревание мозга вообще не зависит от внешних убловий.
При некоторых состояниях, таких, как недоедание или воздействие токсичных веществ, нормальный рост может нарушаться. В настоящее время все еще нельзя определенно утверждать, до какой степени недоедание, встречающееся в некоторых слаборазвитых странах, может тормозить созревание мозга, хотя эта проблема широко дискутируется. Источником множества недоразумений послужило непонимание некоторыми экспериментаторами того факта, что голодание новорожденной мыши соответствует, логически говоря, голоданию плода человека, находящегося в середине внутриутробного развития, а не новорожденного ребенка.
Поэтому большая часть экспериментальных исследований, показавших на крысах постоянное воздействие такого голодания, может относиться только к развитию детей, родившихся с низкими для их возраста весом и размерами тела вследствие заболеваний плаценты. В последние годы Суссером и Стейном было выполнено классическое исследование развития детей, которые ощутили на себе воздействие тяжелого голода в Голландии в 1944—1945 гг. В то время многие из них находились еще в утробе матери или были в младенческом состоянии (Stein, Susser, Saenger and Marolla, 1975). Обследованные в 18-летнем возрасте перед поступлением на военную службу эти юноши не отличались по размерам тела или умственному развитию от своих сверстников, которые в детстве не голодали.
В настоящее время есть основания считать, что высокий потенциал «наверстывающего» роста обеспечивает полное восстановление нормальной длины тела и, вероятно, умственного развития даже после тяжелого недоедания в том случае, если условия жизни ребенка во время восстановительного периода были хорошими. Именно это последнее условие обычно редко выполняется в развивающихся странах. Суссер и Стейн великолепно подытоживают современное состояние знаний в этой области следующими словами: «По нашему мнению, следует признать, что в промышленных странах плохое питание в пренатальном периоде не может считаться существенным фактором в социальном распределении умственных способностей среди вы¬живших взрослых. Однако его нельзя исключать в качестве возможного фактора в сочетании с плохим постнатальным питанием, особенно в экономически слаборазвитых странах» (1975). |
загрузка...
Категория: Статьи наших пользователей | Добавил: lex111 (10.08.2010)
|
| Просмотров: 209
| Рейтинг: 0.0/0 |
| |
