 Эпохальный сдвигВ течение последних ста лет наблюдается удивительная тенденция: дети во всех возрастах становятся все крупнее и крупнее. Эта тенденция достигает значительных размеров и стирает различия между развитием детей из разных социально-экономических слоев. На рис. 21.5 приведены данные о росте и весе шведских школьников, полученные в 1883, 1938 и 1965—1971 гг. Во всех возрастах начиная с 7 лет дети 1938 г. крупнее чем их сверстники 1883 дети 1965—1971 гг. еще крупнее.Британские, скандинавские, немецкие, польские и североамериканские статистики приводят сходные величины эпохального сдвига. Средняя прибавка с 1880 по 1950 г. у детей от 5 до 7 лет составила около 1 см и 0,5 кг за каждое десятилетие; у подростков она увеличилась до 2,5 см и 7 кг, а у взрослых вновь уменьшилась до 1 см.
Довольно скудные данные по дошкольному возрасту свидетельствуют о том, что расхождение наблюдается уже у новорожденных, а для 2—5-летнего возраста достигает, вероятно, большей величины, чем в последующие годы. По-видимому, эта тенденция все еще продолжается в большинстве европейских стран и особенно сильно выражена в Японии. Однако в большей части обеспеченных слоев общества она, несомненно, приостановилась. Возможно, что дети из этих слоев полностью реализовали свои генетические ростовые потенции. Трудно сказать, когда началась тенденция к увеличению размеров тела. Судя по весьма любопытной серии измерений, начатых в Норвегии еще в 1741 г., с 1760 по 1830 г. произошло небольшое увеличение роста взрослых, с 1830 по 1875 г. прибавка составляла 0,3 см за 10 лет, а с 1875 г. и до наших дней — 0,6 см за десятилетие. По измерениям, начатым в Дании в 1815 г., никакой прибавки не отмечалось вплоть до 1845 г.
На рис. 21.6 приведены данные о росте английских мальчиков начиная с 18.33 по 1958 г. Эпохальный сдвиг перекрыл различия между социальными классами, и хотя они все еще существуют, средний мальчик любого возраста в наши дни выше, чем его ровесник из высших слоев общества в 1878 г.
Эта тенденция к увеличению размеров происходит, во-первых, за счет более раннего созревания, приводящего в конечном итоге к тому, что рост, характерный для взрослого, достигается несколько раньше, а во-вторых, за счет увеличения длины тела во взрослом состоянии. По большинству европейских данных, эпохальный сдвиг длины тела для взрослого составляет 1 см за десятилетие, или 2,5 см за поколение.
Ускорение роста проявилось и в эпохальном сдвиге возраста нервной менструации (рис. 21.7). Во всех сериях наблюдений эта тенденция оказалась на редкость устойчивой. С 1830 по 1960 г. начало первой менструации в странах Западной Европы сдвигалось за каждое десятилетие примерно на 4 мес. В последние годы, однако, появились доказательства, что этот процесс приостановился в Осло и в Лондоне, но все еще продолжается в Швеции, Голландии и Венгрии.
В большинстве европейских стран средний возраст появления первой менструации сегодня колеблется от 12,8
до 13,2, а в Италии он несколько ниже. Соответствующая цифра для белых девочек США составила 12,8 года. Кажется вероятным, что в некоторых странах тенденция к увеличению размеров тела приостанавливается, по мере того как достигается максимальная скорость роста. Можно только догадываться, является ли это достижение максимальной скорости роста желательным с медицинской точки зрения, не говоря уже о социальном аспекте этой проблемы.
Никто не может сказать наверняка, чем вызван этот эпохальный сдвиг. Обычно, и не без веских на то оснований, говорят об улучшении питания и общих условий окружающей среды. Однако, как мы знаем, отмеченная тенденция вовсе не ограничивается менее обеспеченными слоями. И если питание действительно является причиной сдвига, то, по-видимому, речь идет не только об увеличении калорийности, но и об изменении соотношения ингредиентов в рационе и о каких-то важных пищевых факторах. Было высказано предположение, что тенденция к увеличению длины тела, возможно, имеет генетическое происхождение и вызвана неуклонно происходящим разрушением генетических изолятов, т. е. нарушением традиции к заключению браков между членами одной и той же деревенской общины. Безусловно, увеличению числа браков, выходящих за пределы замкнутой общины, способствовало, в частности, широкое распространение велосипедов в сельских местностях. Однако для проявления общей тенденции к увеличению длины тела многие контролирующие рост гены должны действовать таким образом, чтобы в среднем рост детей от брака между высокими и низкорослыми людьми хотя бы ненамного превосходил среднее арифметическое между значениями роста родителей. В настоящее время нет прямых доказательств в пользу того, что гены длины тела действуют именно таким образом, однако нет и недостатка в предположениях и догадках на этот счет.
Иногда высказывают предположение, что в наши дни благодаря резкому снижению частоты инфекционных заболеваний больше людей высокого роста доживают до детородного возраста и оставляют потомство. Однако это предположение не объясняет наблюдаемую скорость эпохального сдвига, даже если бы оно было верно по существу, что весьма сомнительно.
Есть доказательства, что в связи с индустриализацией в Европе произошло значительное замедление темпов пубертатного развития, а наблюдающаяся ныне тенденция началась тогда, когда стали улучшаться условия жизни. Во всяком случае, эпохальный сдвиг в отношении как более раннего созревания, так и увеличения размеров тела — одно из самых значительных явлений в современной биологии человека, которое, несомненно, должно иметь серьезные медицинские, педагогические и социологические последствия. |
