В наши дни прогноз в отношении исхода шизофрении в случае первого ее приступа можно считать благоприятным. Причем прогноз лучше, когда заболевание начинается остро и когда имеется выраженный аффективный компонент заболевания. Прогноз менее благоприятен при постепенно развивающейся гебефрении и простой шизофрении с явно выраженным упадком жизненного тонуса и эмоциональным отупением. Хотя остаточные симптомы могут не позволить пациенту вернуться к его обычным занятиям, все же в большинстве случаев использование инъекций фенотиазинов или их аналогов пролонгированного действия, а также более ясное понимание потребностей таких пациентов в период реабилитации сделало исход заболевания намного более благоприятным.
Для тех, у кого в дальнейшем не наблюдается новых приступов болезни, возможно восстановление нормального образа жизни на протяжении примерно трех месяцев со времени начала болезни.
К Но и для того меньшинства пациентов, которые страдают от
щ рецидивов заболевания или плохо поддаются лечению, будущее выглядит определенно лучше, чем это было в прошлом.
Теперь щ доля тех, кто остается в клинике для долговременного лечения, существенно уменьшилась. Некоторые пациенты этой группы
В могут выполнять какую-то несложную работу в щадящих условиях. Такие условия можно создавать за счет организации дневных
щ стационаров или центров и расширения сети гостиниц, подчиненных местным властям, — тем самым можно уменьшить количество пациентов, содержащихся в клиниках, куда они теперь
В могут поступать лишь время от времени для реабилитации.
щ В клиниках и теперь остается определенный контингент
I постоянных пациентов, состоящий из тех, кто заболел шизофренией много лет назад, до появления новых методов лечения.
Они остаются в клиниках либо потому, что страдают остаточными симптомами заболевания, мешающими им жить в обществе, либо из-за последствий эффекта долгого пребывания в клинике, а также потому, что все их друзья и близкие просто забыли о них за эти долгие годы. Для реабилитации этих пациентов необходимо задействовать возможности клиники, в частности следует использовать такие методы, как производственная терапия, с помощью которой пациенты могут заново учиться выполнять работу по обычному распорядку дня, что формирует побудительные мотивы для начала активной социальной реабилитации.
С течением времени численность этой особой группы пациентов уменьшается вследствие того, что она, за редким исключением, уже не пополняется новыми членами. К тому же эти пациенты стареют в стенах клиники, и многие из них сейчас находятся в пенсионном возрасте.
Сокращение потребности в стационарном лечении шизофрении, которое произошло в последнее десятилетие, привело к тому, что министерство здравоохранения и социальной защиты, вдохновляемое некоторыми слишком наивно-оптимистическими сообщениями в журналах, издало ряд рекомендаций о сокращении количества коек в психиатрических отделениях почти до 0,5
мест на 1000 жителей и о том, что долговременные пациенты клиник теперь должны проживать в обществе.
Действительно, многие из этих пациентов с помощью раз нообразных видов общественной помощи смогли бы жить в таких условиях, то есть у себя дома или в гостиницах. Но стоимость оборудования всех этих небольших отделений или общественных домов вместе с затратами на содержание персонала может не позволить реализовать эти намерения. Более того, сама полезность этих действий сомнительна, поскольку те, кто на протяжении долгих лет проживал в условиях клиники, уже успели найти там друзей, обрести чувство безопасности; там они обеспечены цветными телевизорами и трехразовым питанием, а также некоторым подобием социальной жизни, насколько это позволяют условия клиники, и поместить их вместо этого в слишком большой для них мир города, который часто ограничивает социальные контакты пациентов, было бы негуманным.
Оказавшись среди так называемых нормальных людей, эти пациенты, имеющие перечисленные выше ограниченные возможности адаптации, привыкшие к более толерантному окружению клиники и страдающие резидуальными отклонениями в поведении, будут ощущаться обществом как больной палец.
Более того, мы ведь еще не знаем, как будут складываться события дальше, в течение тех долгих лет, которые еще предстоит прожить пациентам, поддерживаемым умеренными дозами лекарств. Может быть, удастся усовершенствовать лекарственную терапию и распознать пока неизвестные причины многих заболеваний, что позволит улучшить методы лечения, а может мы станем свидетелями того, как многие пациенты постепенно будут выходить из-под контроля, и их придется вновь поместить в клинику, потому что умерли их родственники или по той причине, что при достижении пенсионного возраста они не смогут ухаживать за собой.
Если подтвердится последнее, то при сокращении коек в психиатрических клиниках до минимума, что уже сейчас создает определенные трудности для лечения пациентов и ухода за ними, потребуется срочно пересмотреть принятые решения. Наблюдение последствий того, что произошло в общине Мидлсбро, куда были перемещены такие хронические пациенты, о чем мы будем
говорить в главе 22, должно произвести отрезвляющее впечатление на тех, кто желает быть причастным к этой программе. |
